Недействительность третейского соглашения

6. Недействительность третейского (арбитражного) соглашения

Недействительность третейского соглашения

6. Недействительность третейского (арбитражного) соглашения

Представляется, что вопрос о недействительности третейского (арбитражного) соглашения является одним из самых сложных в современной науке, изучающей институт третейского разбирательства. При этом судебная практика при решении этого вопроса весьма сильно зависима от господствующей в конкретном правопорядке доктрины правовой природы третейского соглашения.

Особенности российской судебной практики при разрешении споров, связанных с оценкой действительности (недействительности) третейских соглашений, заключаются в том, что правоприменитель опирается как на гражданско-правовую доктрину понимания третейского соглашения, так и на процессуальную теорию его правовой природы.

Впрочем, в практике можно найти и судебные акты, которые интерпретируют недействительность третейского соглашения в русле доктрины “sui generis”. В соответствии с п. 1 ч. 2 ст.

421 ГПК РФ решение третейского суда подлежит отмене в случае, если сторона, обратившаяся в суд с заявлением об отмене решения третейского суда, представит суду доказательства того, что третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным федеральным законом (аналогичная норма содержится в п. 1 ст. 42 Закона о третейских судах, п. 1 ч. 2 ст.

233 АПК РФ). Особенности формулирования этой нормы допускают вывод о том, что компетентный государственный суд не вправе ex officio проверять третейское соглашение с точки зрения его действительности (сторона… представит суду доказательства).

Таким образом, бремя доказывания недействительности третейского соглашения возлагается на сторону, оспаривающую его действительность. Это, в свою очередь, позволяет оценивать недействительность третейского соглашения, если пользоваться терминологией цивилистической доктрины, с позиции оспоримости данного юридического акта.

Вместе с тем следует отметить несовершенство этой нормы. В частности, это касается случаев, когда для компетентного государственного суда очевидна абсолютная недействительность (пользуясь гражданско-правовой терминологией, ничтожность) третейского соглашения.

Целевое толкование норм в совокупности с нормами гражданского законодательства о недействительности сделок позволяет сделать вывод о том, что компетентный государственный суд вправе ex officio оценивать третейское соглашение на предмет его действительности.

Например, если третейское соглашение заключено неправосубъектным образованием (например, цехом, отделом, участком и т.п.), то это влечет его ничтожность.

В литературе те третейские соглашения, которые содержат существенные пороки, влекущие их недействительность, иногда именуют патологическими арбитражными (третейскими) оговорками . В исследованиях, посвященных третейскому разбирательству, имеют место попытки классификации причин, вызывающих недействительность арбитражных оговорок (третейских соглашений). Так, А.В. Попова пишет о том, что патология арбитражных оговорок может быть результатом их:

КонсультантПлюс: примечание. Учебник “Арбитражный процесс” (под ред. В.В. Яркова) включен в информационный банк согласно публикации – Волтерс Клувер, 2005 (издание второе, переработанное и дополненное, стереотипное).

См.: Брунцева Е.В. Международный коммерческий арбитраж. СПб., 2001. С.

141; Арбитражный процесс / Отв. ред. В.В. Ярков. М., 2003. С. 665 – 667 (автор главы – Е.А. Виноградова); Хвалей В. Как убить арбитражное соглашение. С. 45; Попова А.В. Проблема патологических арбитражных оговорок во внешнеторговых контрактах // Альманах работ молодых ученых. Правоведение. 2003. N 1 (3).

С. 124 – 128.

– неопределенности, например, когда арбитражная оговорка не позволяет точно определить наименование коммерческого арбитража; – неполноты, если имеет место недостаточно полное определение порядка назначения арбитров или процедуры рассмотрения дела арбитражем;

– утраты силы, если, например, стороны установили жесткие временные рамки для определенных действий и соответствующие сроки уже истекли .

См.: Попова А.В. Проблема патологических арбитражных оговорок во внешнеторговых контрактах. С. 125.

В. Хвалей при классификации оснований недействительности арбитражных соглашений пишет о том, что соглашение может быть признано недействительным, если оно: – было заключено с пороком воли (под влиянием обмана, заблуждения, насилия и т.д.

); – было совершено лицом, не обладающим необходимой правоспособностью или дееспособностью; – было совершено без соблюдения установленной законом формы; – не содержит в себе все существенные условия, установленные для арбитражного соглашения, в том числе не содержит явно выраженного намерения передать спор на разрешение арбитража; – противоречит императивным нормам применимого законодательства об арбитраже;

– заключено по вопросам, которые не могут являться предметом третейского разбирательства .

См.: Хвалей В. Как убить арбитражное соглашение. С. 47 – 48.

Таким образом, в основе приведенных классификаций недействительности третейских соглашений находится та классификация недействительности сделок, которая выработана в теории гражданского права. Сюда же следует отнести те специальные основания недействительности, которые обусловлены процессуальным аспектом третейского соглашения.

В связи с этим С.А.

Курочкин отмечает: “Гражданское законодательство содержит условия действительности арбитражного соглашения, производные от связи субъектов (сторон арбитражного соглашения) с основным спорным материальным правоотношением, их способности своими действиями создавать для себя права и обязанности, меры свободы в формировании своей воли и свободы в ее изъявлении (в части, касающейся передачи спора на рассмотрение иного юрисдикционного органа – третейского суда). Процессуальное законодательство определяет круг споров, которые могут быть рассмотрены третейскими судами путем формирования перечня дел, находящихся в исключительной подведомственности государственных судов” .

Курочкин С.А. Третейское разбирательство гражданских дел в Российской Федерации: теория и практика. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 156.

Итак, гражданско-правовые подходы к недействительности третейского соглашения предопределяют, что таковое является недействительным, если не соблюдены требования о допустимости спора как предмета третейского разбирательства, о его форме и содержании, о право-, дееспособности (правосубъектности) сторон, заключивших третейское соглашение, о добровольности их волеизъявления, о его соответствии их внутренней воле.
Примером может послужить следующее известное дело . В споре Smal Ltd v. Goldroyce Garment Ltd, который рассматривался судом Гонконга, было установлено, что истец договорился с ответчиком о приобретении товаров и направил ему заказ с просьбой подписать и вернуть обратно. Заказ содержал арбитражную оговорку. Однако представители фирмы Goldroyce Garment Ltd не подписали и не выслали обратно проект договора. При этом заказанные товары были отгружены в соответствии с заказом. Товар был оплачен согласно условиям проекта договора. Таким образом, договор был заключен путем совершения действий, которые были направлены на исполнение договора. После возникновения между сторонами спора встал вопрос: было ли заключено арбитражное соглашение? Суд сделал вывод о том, что арбитражное соглашение не может быть заключено путем совершения конклюдентных действий, направленных на исполнение основного договора.

См.: Киселева Т.С. Форма и порядок заключения арбитражного соглашения: сравнительно-правовой анализ. С. 82 – 83.

В целом требования к форме третейского соглашения традиционно рассматриваются как одно из условий его действительности. Так, например, еще в XIX в. в российской правоприменительной практике с соблюдением формы связывалась действительность третейской записи.

К примеру, согласно разъяснениям Кассационного департамента Правительствующего Сената “третейская запись, не удовлетворяющая установленной законом форме, а равно и последовавшее на основании такой записи решение “медиаторов”, необязательна для участвовавших в ней лиц” .

Гордон В. Устав гражданского судопроизводства с позднейшими узаконениями, законодательными мотивами и разъяснениями Правительствующего сената. СПб., 1896. С. 1374.

Современная практика применения российского законодательства исходит из того, что третейское соглашение следует рассматривать как недействительное, если сторонами при его заключении не соблюдены требования о допустимости споров как предмета третейского разбирательства, о его форме и содержании (т.е.

те условия, которые предусмотрены непосредственно в Законе о третейских судах), о право-, дееспособности (правосубъектности) сторон, заключивших третейское соглашение, о добровольности их волеизъявления, о соответствии их волеизъявления его внешнему проявлению (т.е.

такие условия, которые хотя прямо и не предусмотрены Законом о третейских судах, но обязательность которых диктуется общегражданским законодательством).

Так, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, принимая Постановление N 5278/95, указал, что в соглашении о передаче спора третейскому суду должны получить отражение сведения о том, какому конкретно постоянно действующему третейскому суду будет поручено третейское разбирательство, либо о том, что стороны самостоятельно создадут третейский суд для рассмотрения конкретного спора в установленном порядке . Поскольку стороны не предоставили доказательств того, что ими был согласован третейский суд в качестве органа, компетентного рассматривать споры между ними, или принятия мер по созданию такого суда, то нет оснований считать, что сторонами достигнуто соглашение о передаче дела третейскому суду. Вестник ВАС РФ. 1996. N 5.

Необходимость обязательной письменной формы третейского соглашения вызывается и тем, что это соглашение исключает юрисдикцию государственных судов. На это обращает внимание и Т.С. Киселева: “…требование о письменной форме арбитражного соглашения вызвано тем, что, заключая его, стороны тем самым отказываются от своего конституционного права на обращение в государственный суд, что оправдывает строгие требования к форме арбитражного соглашения” .

Киселева Т.С. Форма и порядок заключения арбитражного соглашения: сравнительноправовой анализ. С. 75.

Исходя из этой логики, отметим, что для компетентных государственных судов в случае обращения к ним одной из сторон, участвующих в заключении и исполнении третейского соглашения, необходимы убедительные доказательства того, что они не могут рассматривать спор, защищать лицо, обратившееся с просьбой о восстановлении нарушенного права.

Таким доказательством и является заключенное в письменной форме третейское соглашение о передаче спора на разрешение третейского суда.

К кругу обязанностей компетентного государственного суда отнесена и обязанность проверить действительность третейского соглашения в том случае, если решение третейского суда оспаривается или встает вопрос о его отмене.

Компетентный государственный суд вправе отменить решение третейского суда в том случае, если сторона, обратившаяся в суд с заявлением об отмене решения, докажет недействительность третейского соглашения вследствие его противоречия федеральному законодательству (п. 1 ч. 2 ст. 233 АПК РФ; ст. 421 ГПК РФ).

Вопрос о действительности (недействительности) третейского (арбитражного) соглашения возникает и в контексте законодательных требований о необходимости конкретизации сторонами третейского соглашения тех материальных правоотношений, по поводу которых может возникнуть спор, передаваемый на разрешение третейского суда (п. 2 ст.

5 Закона о третейских судах).

По поводу целесообразности введения этой нормы в литературе высказывались различные суждения. Так, например, М.А.

Попов полагает, что “такая норма ставит под сомнение полномочия третейских судов при биржах и различных ассоциациях, поскольку регламенты таких организаций, как правило, предусматривают передачу всех споров между их участниками в специализированные третейские суды” .

Третейское соглашение, в котором не содержится указание на конкретные материальные правоотношения, признается недействительным. Это, в свою очередь, препятствует реализации положений вышеуказанных регламентов, которые предписывают участникам этих добровольных объединений принимать на себя обязательства передавать разрешение всех гипотетических споров, которые могут возникнуть между участниками этих объединений, на разрешение третейского суда, созданного такой организацией. По мнению М.А. Попова, подобного рода нормы необоснованно ограничивают сферу применения арбитражного соглашения и дают ответчику основания для оспаривания компетенции третейского суда .

Попов М.А. Теоретические и практические проблемы российской модели регулирования деятельности третейских судов: Автореф. дис. … к.ю.н. СПб., 2002. С. 19.
Там же.

Подобный подход к требованиям о степени конкретизации материальных правоотношений, передаваемых на разрешение третейского суда, уже имел воплощение в российском (советском) законодательстве. Так, согласно ст. 2 Положения о третейском суде от 16 октября 1924 г.

“третейский суд организуется по особому всякий раз соглашению всех участников спора, по этому договору о разборе третейским судом всех вообще или всех определенного рода могущих возникнуть впредь споров не лишает лиц, заключивших такой договор, права обращения к подлежащему суду, согласно общих правил Гражданского процессуального кодекса”.

Комментируя эту норму, И.Л. Брауде писал: “…для организации третейского суда необходимо соглашение спорящих сторон, конкретизирующее возникший между ними спор. Соглашение не может касаться споров, определенных родовыми признаками.

Недействительно поэтому условие договора, предусматривающее рассмотрение споров, могущих возникнуть в связи с этим договором. Недействительно и соглашение о разборе третейским судом споров, могущих возникнуть в связи с толкованием какого-либо определенного пункта договора.

Соглашение возможно лишь в отношении конкретного спора, уже возникшего между сторонами. Будущие споры, хотя бы они и были конкретизированы (например, спор о скидке за излишнюю влажность поставляемого зерна), не могут быть передаваемы на разрешение третейского суда” .

Источник: https://uristinfo.net/dogovornoe-pravo/188-dogovornoe-pravo-ma-rozhkova/4553-6-nedejstvitelnost-tretejskogo-arbitrazhnogo-soglashenija.html

Когда третейская оговорка недействительна

Недействительность третейского соглашения

Одним из способов разрешения гражданско-правового спора является его рассмотрение третейским судом. Договоренность об этом закрепляется письменно и именуется третейской оговоркой.

Формулируя ее в договоре, необходимо знать, что она должна отвечать ряду требований законодательства.

Если третейская оговорка противоречит какому-либо требованию, арбитражный суд может признать ее недействительной.

Третейская оговорка в договоре представляет собой соглашение сторон о передаче гражданско-правовых споров между ними на разрешение третейского суда (ст. 1 и 2 Федерального закона от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации», далее — Закон № 102-ФЗ).

Третейскую оговорку, являющуюся сделкой, суд может признать недействительной по основаниям, предусмотренным параграфом 2 главы 9 «Недействительность сделок» Гражданского кодекса.

Отметим, что третейская оговорка не зависит от других условий договора и признание недействительным договора, в котором она содержится, не влечет ее недействительность (п. 1 ст. 17 Закона № 102-ФЗ и постановление ФАС Поволжского округа от 11.12.2008 по делу № А65-5869/08).

Как показывает практика, чаще всего третейская оговорка признается недействительной как сделка, не соответствующая закону (ст. 168 ГК РФ). Важно, что она должна отвечать не только нормам Закона № 102 ФЗ, но и требованиям ГК РФ, предъявляемым к совершению сделок. Рассмотрим, какие правовые ошибки при формулировании третейской оговорки способны привести к признанию ее недействительной.

Альтернатива создает проблемы

Третейское соглашение определено в ст. 2 Закона № 102-ФЗ как соглашение сторон о передаче спора на разрешение третейского суда. Значит, намерение сторон передать спор на разрешение третейского суда выражается однозначно и не допускает сомнений, что спор будет передан на разрешение именно третейского суда.

Если в договоре сказано, что при возникновении спора стороны передают его на разрешение либо третейского, либо арбитражного суда, подобная альтернатива определения подведомственности споров предполагает, что соглашение сторон неконкретно.

В такой ситуации арбитражные суды признают третейское соглашение незаключенным, а следовательно, недействительным (постановление ФАС Волго-Вятского округа от 26.05.2004 № А82-5483/2003-29).

Конкретный третейский суд не назван

В соответствии со ст. 2 Закона № 102-ФЗ третейский суд может быть постоянно действующим либо образованным сторонами для разрешения конкретного спора. Если согласно третейской оговорке спор передается в постоянно действующий третейский суд, то в оговорке должно быть указано его наименование. В противном случае оговорка может быть признана недействительной.

Например, суд указал, что, поскольку наименования постоянно действующего третейского суда в оговорке нет, нет и оснований считать, что стороны достигли соглашения о передаче дела третейскому суду. То есть такое соглашение недействительно (постановление Президиума ВАС РФ от 27.02.96 № 5278/95).

Конкретный спор не назван

Когда спор в соответствии с третейской оговоркой передается в третейский суд, специально образованный для его разрешения, порядок образования суда определяется соглашением сторон (п. 5 ст. 3 Закона № 102-ФЗ).

Таким образом, третейский суд для рассмотрения конкретного спора может быть образован сторонами только при наличии между ними спора, возникшего из конкретного правоотношения. Это должно быть отражено в третейском соглашении (п. 2 ст.

5 Закона № 102-ФЗ).

Из сказанного следует, что недействительной может быть признана третейская оговорка, предусматривающая создание специального третейского суда, но не конкретизирующая, для разрешения какого спора он создается. То есть должны быть указаны конкретные правоотношения, из которых может возникнуть спор, а не любые возможные споры между сторонами данного договора.

Так, стороны закрепили в договоре, что все неурегулированные сторонами путем переговоров споры, разногласия или требования, возникающие из договоров или в связи с ними, подлежат окончательному разрешению в третейском суде, созданном для рассмотрения подобных разногласий. Суд признал такую оговорку недействительной в силу ст. 168 ГК РФ как противоречащую ст. 2, п. 5 ст. 3 и п. 2 ст. 5 Закона № 102-ФЗ (постановление ФАС Поволжского округа от 05.04.2011 по делу № А12-10939/2010).

Нарушен принцип беспристрастного разбирательства

Как предписано ст.

8 Закона № 102-ФЗ, третейским судьей избирается (назначается) физическое лицо, способное обеспечить беспристрастное разрешение спора, прямо или косвенно не заинтересованное в исходе дела, не зависящее от сторон и давшее согласие на исполнение обязанностей третейского судьи. Третейское разбирательство осуществляется на основе принципов законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон (ст. 18 Закона № 102-ФЗ).

Если порядок формирования третейского суда нарушает принцип беспристрастности, это является основанием для признания заключенного сторонами третейского соглашения недействительным.

В качестве примера приведем случай, когда третейским судьей назначили сотрудника компании, которая являлась одной из сторон договора (постановление Президиума ВАС РФ от 28.06.2011 № 1308/11).

Третейский суд вышел за пределы компетенции

В пункте 2 ст. 1 Закона № 102-ФЗ установлено, что в третейский суд по соглашению сторон третейского разбирательства передается любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

Источник: https://www.eg-online.ru/article/143240/

СПОРЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ИЗ ДОГОВОРОВ СОДЕРЖАЩИХ ТРЕТЕЙСКУЮ ОГОВОРКУ (Третейское соглашение)

Недействительность третейского соглашения

Материал подготовил юрист ЮФ”Логос”
Иванов Евгений

Ни для кого не является секретом, что коммерческая деятельность зачастую сопряжена с риском возникновения разнообразных споров с контрагентами.

Такие споры, в случае передачи их на рассмотрение суда, в силу определенных причин не всегда имеют предсказуемый исход, а, кроме того, способны повлечь для противоборствующих сторон значительные расходы.

Исходя из этого, абсолютно закономерным следует признать желание хозяйствующих субъектов минимизировать риски неблагоприятного исхода споров с контрагентами и снизить расходы на ведение судебных дел. Один из способов решения как той, так и другой задачи – передача спора на рассмотрение третейского суда.

В основе идеи третейского судопроизводства лежит стремление передать те или иные споры (прежде всего – экономического характера) на рассмотрение негосударственной организации, которой доверяли бы обе стороны, и которая являлась бы альтернативой суду государственному.

Подобные институты существуют не только в России, но и во многих зарубежных странах.

Однако в некоторых случаях эта идея оказывается искажена, поскольку крупные предприятия используют предусмотренную законодательством возможность создания третейских судов и в последующем навязывают своим контрагентам договоры, содержащие условие о передаче споров на рассмотрение таким «подконтрольным» третейским судам. В литературе это явление получило название « карманное» третейское правосудие» [1].

Партнеры подобных предприятий и организаций в случае возникновения спора оказываются практически лишены полноценной судебной защиты, однако, возможности для отстаивания их интересов, тем не менее, существуют.

Не претендуя на полноту исследования всех путей выхода из подобных ситуаций, остановимся на случаях, когда  необходимо предъявить иск, вытекающий из договора, в котором есть условие о третейском суде, но этот суд явно подконтролен оппоненту

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст.

148 АПК РФ, арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, чтоимеется соглашение сторон о рассмотрении данного спора третейским судом, если любая из сторон не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде первой инстанции заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде, за исключением случаев, если арбитражный суд установит, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

В случае предъявления иска закономерным действием со стороны оппонента будет заявление ходатайства об оставлении заявления без рассмотрения в связи с наличием между сторонами третейского соглашения.

Однако, как следует из проанализированной судебной практики, рассматривая такое ходатайство, арбитражный суд обязан проверить наличие такой оговорки и установить наличие/отсутствие компетенции третейского суда в рассмотрении конкретного спора Неисполнение данного требования является основанием для отмены соответствующего судебного акта судом вышестоящей инстанции[2].
Как следует из буквального толкования п. 5. ст. 148 АПК РФ, дело из договора, содержащего третейскую оговорку, может быть рассмотрено арбитражным судом по существу в случае, если:
– третейское соглашение недействительно;- третейское соглашение утратило силу;
– третейское соглашение не может быть исполнено.

Следует подробнее рассмотреть каждое из указанных оснований.

1. Третейское соглашение недействительно.
Согласно ч. 1 – 1.1. ст. 7 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 102-ФЗ «О третейских судах в РФ» (далее – Закон о третейских судах, Закон), третейское соглашение заключается в письменной форме, если иная форма третейского соглашения не предусмотрена настоящим Федеральным законом или иным федеральным законом.

Третейское соглашение считается заключенным в письменной форме, если оно содержится в документе, подписанном сторонами, либо заключено путем обмена письмами, сообщениями по телетайпу, телеграфу или с использованием других средств электронной или иной связи, обеспечивающих фиксацию такого соглашения.

Ссылка в договоре на документ, содержащий условие о передаче спора на разрешение третейского суда, является третейским соглашением при условии, что договор заключен в письменной форме и данная ссылка такова, что делает третейское соглашение частью договора.

Соглашение о передаче спора на разрешение третейского суда может быть включено в правила организованных торгов, правила клиринга, которые зарегистрированы в соответствии с законодательством РФ.

Такое соглашение является третейским соглашением участников организованных торгов, сторон договора, заключенного на организованных торгах в соответствии с правилами организованных торгов, или участников клиринга.
В силу ч. 2 той же статьи Закона, при несоблюдении правил, предусмотренных пунктами 1 и 1.1 настоящей статьи, третейское соглашение является незаключенным.

Ст. 2 Закона определяет «третейское соглашение» как соглашение сторон о передаче спора на разрешение третейского суда, при этом под«третейским судом» понимаетсяпостоянно действующий третейский суд или третейский суд, образованный для решения конкретного спора.
Согласно ч. 2 ст.

1 Закона, в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства (далее также – стороны) передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

Из перечисленных норм Закона вытекают следующие основания недействительности третейского соглашения:

– передача на разрешение третейского суда, спора, отнесенного федеральным законом к исключительной компетенции иного органа;- несоблюдение формы соглашения;- несоблюдение требований в части определения третейского суда, на рассмотрение которого стороны передают спор. Иными словами, третейское соглашение может быть признано недействительным, если оно заключено сторонами не в требуемой форме – письменной, либо стороны передали на рассмотрение суда споры и разногласия, отнесенные федеральным законом к компетенции каких-либо иных органов[3].  Что касается несоблюдения требований в части определения третейского суда, анализ судебной практики позволил выявить используемый арбитражными судами подход, согласно которому формулировка третейского соглашения должна точно определять третейский суд, на рассмотрение которого стороны передали спор.Формулировка признается не отвечающей данному требованию, если:- не указано, в каком третейском суде спор подлежит рассмотрению (Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 16 мая 2008 г. по делу № А38-1937/2007-10-174);- формулировка соглашения свидетельствует об отнесении спора на рассмотрение двух судов (при идентичности названий) (Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 16 февраля 2007 г. по делу №А56-21968/2006);- название третейского суда указано таким образом, что не позволяет идентифицировать суд, подразумевавшийся при заключении соглашения, среди нескольких судов, осуществляющих деятельность на определенной территории (Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 18 октября 2011 г. по делу № А23-1256/2011);- третейское соглашение содержит наименование несуществующего суда (Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 25 декабря 2008 г. № Ф09-9919/08-С5).При этом следует отметить, что в Постановлении от 06 августа 2009 г. № ВАС-9907/09 Высший Арбитражный Суд РФ указал, что Закон о третейских судах не устанавливает в качестве обязательного требования третейской оговорки наличие в ней адреса третейского суда.

Порядок образования третейского суда, установленный ст.

3 Закона о третейских судах, предполагает, что постоянно действующий третейский суд считается образованным, когда организация – юридическое лицо:1) приняла решение об образовании постоянно действующего третейского суда;
2) утвердила положение о постоянно действующем третейском суде;
3) утвердила список третейских судей, который может иметь обязательный или рекомендательный характер для сторон.Организация – юридическое лицо, образовавшая постоянно действующий третейский суд, направляет в компетентный суд, осуществляющий судебную власть на той территории, где расположен постоянно действующий третейский суд, копии документов, свидетельствующих об образовании постоянно действующего третейского суда в соответствии с пунктом 3 ст. 3 закона о третейских судах.
Следовательно, если третейский суд образован в соответствии с требованиями закона, сведениями о нем должен располагать компетентный суд, например, для третейских судов, осуществляющих свою деятельность на территории Санкт-Петербурга или городов Ленинградской области, таковым будет Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Согласно Списку постоянно действующих третейских судов, информация об образовании которых поступила в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области в соответствии с Федеральным законом РФ от 24.07.2002 № 102-ФЗ, размещенному на сайте Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области, по состоянию на 30  июля 2012 г.

, суд располагает сведениями о 102 третейских судах, осуществляющих деятельность на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области.Указанный список носит ознакомительный характер, обязательность ведения подобных списков положениями Закона о третейских судах не предусмотрена.

Между тем, поскольку компетентный суд должен быть извещен об образовании третейского суда, отсутствие в указанном списке третейского суда, поименованного в договоре, может служить основанием для утверждения о том, что такой третейский суд не существует.

Данный список может быть использован арбитражными судами при разрешении вопросов о наличии компетенции того или иного  третейского суда. Так, Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа в Постановлении от 28 марта 2011 г.

по делу № А56-57249/2010, делая вывод о правомерности рассмотрения спора конкретным третейским судом, сослался на то, что информация о таком суде, включена в указанный список.
2. Третейское соглашение утратило силу. 
Закон о третейских судах не содержит указаний на то, в каких случаях третейское соглашение может утратить силу.

Однако, исходя из общих начал гражданского и гражданско-процессуального законодательства, следует, в первую очередь, указать истечение срока действия третейского соглашения. Причем, опираясь на тезис об автономности третейской оговорки и её независимости от остальных условий договора, срок действия оговорки, если он есть, должен быть специально установлен в её тексте.

Буквальное толкование п. 5 ст. 148 АПК РФ, указывающего на возможность оставления иска без рассмотрении в случае, если, в том числе, еслилюбая из сторон не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде первой инстанции заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде позволяетсделать вывод о том, что третейская оговорка утрачивает силу, если:- ни одна из сторон не заявила возражений против рассмотрения дела в арбитражном суде, ссылаясь на наличие третейского соглашения;- такое возражение было заявлено, но позднее дня представления этой стороной своего первого заявления по существу.Указанный вывод подтверждается судебной практикой – см. Постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05 декабря 2007 г. по делу № А21-4498/2006, от 29 января 2009 г. по делу № А56-17942/2007.

3. Третейское соглашение неисполнимо.
Закон о третейских судах не устанавливает оснований признания третейского соглашения неисполнимым.

Между тем, анализируя положения, данного Закона, можно сделать вывод о том, что неисполнимым может считаться такое соглашение, которое соответствует по форме требования Закона, но в силу определенных обстоятельств не может быть исполнено.

Некоторые суды расценивают как основание для признания соглашения неисполнимым, отсутствие четкого указания в тексте соглашения на третейский суд, компетентный рассматривать споры (Постановления Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29 июня 2009 г. по делу №А32-27252/2008-62/396, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 29 сентября 2010 г.

№ Ф09-7580/10-С5). Данный довод рассмотрен в п. 3.2.1. Проекта дела.

К числу иных оснований признания соглашения неисполнимым можно отнести ссылку одной из сторон спора на то, что в силу тяжелого материального положения она не имеет возможности оплатить предусмотренные регламентом конкретного третейского суда сборы (Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 25 апреля 2008 г. по делу №А05-11748/2007).

Подводя своеобразный итог сказанному, необходимо отметить, что для полноценной защиты интересов одной из сторон по договору, содержащему третейскую оговорку, необходим детальный анализ не только условий третейского соглашения, но и всего поведения сторон, в том числе, имевшего место до возникновения спора. Кроме того, такая защита невозможна без участия профессионального юриста, четко знающего как нюансы процессуального права, так и подходы, выработанные судебной практикой.

Источник: https://logosinfo.ru/zashita-v-sude/arbitradj/dogovornye-spory/treteiskaya-ogovorka-/spory-iz-dogovorov-s-treteiskoi-ogovorkoi/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.